Идеология

Ли Куан Ю
Сингапурская история: из "третьего мира" - в "первый"


Ли Куан Ю (род. 16 сентября 1923 года) — сингапурский политик, первый премьер-министр Республики Сингапур, один из создателей сингапурского «экономического чуда». С 1959 по 1990 г. занимал пост премьер-министра. В 1990—2004 г. был старшим министром в правительстве Го Чок Тонга. В августе 2004 г. получил должность министра-ментора (наставника) в правительстве своего сына Ли Сяньлуна. Под руководством Ли Куан Ю Сингапур из бедной страны «третьего мира» превратился в одно из самых богатых государств. Вашему вниманию приводится глава из книги Ли Куан Ю Сингапурская история: из "третьего мира" - в "первый" (1965 - 2000)


Шестилетним мальчишкой я ехал на запряженной волом телеге на деревянных
колесах, обтянутых металлической полосой, без пружин и амортизаторов. Я
наслаждался веселой ездой по ухабистой проселочной дороге, которая вела к
каучуковой плантации моего дедушки. 50 лет спустя, в 1977 году, я перелетел
на сверхзвуковом «Конкорде» из Лондона в Нью-Йорк за три часа. Технология
изменила мир.
Мне пришлось петь четыре государственных гимна: британский — «Боже
храни королеву» (God save the Queen), японский — «Кимигайе» (Kimigayo),
малазийский — «Негара Ку» (Negara Ku) и, наконец, сингапурский — «Маджулах
Сингапура» (Majulah Singapura), — таковы были политические сдвиги последних
50 лет. Иностранные войска приходили и уходили: англичане, австралийцы и
индийцы, потом японцы со своими союзниками корейцами и жителями Тайваня.
После войны англичане вернулись и боролись с коммунистическими повстанцами.
Затем Сингапур стал независимым, началась «конфронтация» между Индонезией и
Малайзией. Меня затягивал водоворот политических событий и перемен.
Стали бы мои коллеги и я заниматься политикой, если бы в тот момент,
когда мы сформировали Партию народного действия в ноябре 1954 года, мы
заранее знали обо всех тех опасностях, с которыми придется столкнуться? Если
бы мы понимали, насколько сложными и трудными будут проблемы, которые ждали
нас впереди, мы никогда бы не ушли в политику с тем энтузиазмом, идеализмом
и приподнятым настроением, которые царили в 50-ых годах. Мы ощущали гордость
китайцев Сингапура и Малайи за успехи коммунистов в Китае. И все-таки мы, -
маленькая группа представителей англоязычной колониальной буржуазии, -
неспособные даже обращаться к широким массам китайцев, говоривших на
диалектах китайского языка и составлявших большинство населения города, с
головой ринулись в драку. Как мы вообще могли надеяться конкурировать с
Коммунистической партией Малайи? Но мы об этом не думали, — мы просто
хотели, чтобы англичане ушли.
Забывая о поджидавших нас опасностях, мы продолжали двигаться вперед.
Наши духовные порывы были сильнее предостерегающих велений рассудка, -
однажды ввязавшись в борьбу, мы втягивались в нее все сильнее и сильнее. Нам
пришлось вступить в борьбу с коммунистами раньше, чем мы ожидали,
столкнувшись с Объединенным фронтом рабочих, студенческих и культурных
организаций, поддерживаемых вооруженным подпольем. Мы решили эту проблему
путем слияния с Малайей в 1963 году, что привело к образованию Малайзии, но
сразу обнаружили, что радикально настроенное малайское руководство ОМНО
стремилось к созданию общества, в котором господствовали бы малайцы. Это
привело к межобщинным столкновениям, бесконечным конфликтам и, в конечном
итоге, к отделению и провозглашению независимости в 1965 году. Мы тут же
оказались втянутыми в «конфронтацию» с Индонезией. Едва закончилась
«конфронтация» с Индонезией в 1966 году, как в 1968 году Великобритания
объявила о выводе своих войск из Сингапура. Мы решали одну проблему только
для того, чтобы столкнуться с еще более серьезной проблемой, и бывали
моменты, когда ситуация выглядела безнадежной.
В те ранние годы пребывания у власти мы выучили несколько ценных
уроков. Мы постоянно продолжали учиться, потому что ситуация постоянно
менялась, и нам нужно было приспосабливать к ней нашу собственную политику.
Мне повезло, что в составе правительства было несколько министров, которые
были широко начитанными и образованными людьми. Их привлекали новые идеи, но
они не позволяли этим идеям себя загипнотизировать. Кен Сви, Раджа, Суй Сен
обменивались между собой книгами, которые мы читали. Когда мы начинали, мы
были невежественны и политически невинны, но нас спасала осторожность, с
которой мы проверяли и испытывали различные идеи, перед тем как внедрить их
в жизнь.
Постоянные испытания закалили в нас дух товарищества. В критических
ситуациях, которые следовали одна за другой, судьба каждого из нас зависела
от его коллег. Мы доверяли друг другу, знали сильные стороны и слабости друг
друга и были к ним снисходительны. Мы никогда не проводили опросов
общественного мнения, чтобы узнать, к чему склонялось настроение публики.
Наша задача состояла в том, чтобы убедить людей поддержать такие меры,
которые могли бы обеспечить выживание Сингапура в качестве жизнеспособного
общества, а не в качестве коммунистического или разделенного по расовому
признаку города.
Мне повезло, — со мной работала сильная команда министров -
единомышленников. Это были способные люди, преследовавшие общие цели,
которые мы все разделяли. Костяк команды оставался неизменным на протяжении
двух десятилетий. Кен Сви, Раджа, Суй Сен и Ким Сан были выдающимися людьми.
Все они были старше меня и прямо говорили, что думали, особенно когда я
ошибался. Они помогли мне оставаться объективным, уравновешенным и спасли
меня от мании величия, которая легко могла развиться за долгие годы
пребывания на высших государственных должностях. Со мной также работали То
Чин Чай, Он Пан Бун, Эдди Баркер, Ен Ньюк Линь (Yong Nyuk Ling), Кенни Бирн
(Kenny Byrne) и Оcман Вок, — способные, честные, преданные делу люди.
Когда мы начинали в 1959 году, мы мало что знали о том, как управлять
обществом или как решать многочисленные экономические и социальные проблемы.
Все, что у нас было — это горячее желание изменить несправедливое общество к
лучшему. Чтобы сделать это, мы должны были победить в борьбе за политическую
власть, а, победив в борьбе за власть, — сохранить поддержку наших людей,
чтобы продолжать неоконченную работу.
Я искал способных людей и назначал их на должности министров и высших
государственных чиновников, чтобы управлять честно, эффективно, быть
отзывчивым к нуждам людей. Нам было необходимо удержать рабочих на нашей
стороне и, в то же самое время, заботиться об удовлетворении потребностей
инвесторов, чей капитал, знания, навыки управления и выход на внешние рынки
позволили бы нам зарабатывать на жизнь, лишившись традиционных рынков в
Малайзии. Мы учились в процессе работы и учились быстро. Если и была
какая-либо формула нашего успеха, то она заключалась в том, что мы постоянно
учились, как сделать так, чтобы система работала, или сделать так, чтобы она
работала еще лучше. Я никогда не был заложником какой-либо теории, мною
руководили здравый смысл и реализм. Лакмусовой бумажкой, которую я применял
к любой теории или схеме, было: «Будет ли она работать в реальной жизни?»
Это была та золотая нить, которая протянулась через все годы моей работы.
Если теория не работала, и результаты были плохими, то я больше не тратил на
это времени и ресурсов. Я почти никогда не делал одну и ту же ошибку дважды
и пытался учиться на ошибках других. Уже в первые годы пребывания у власти я
открыл для себя, что среди тех проблем, над решением которых я бился, было
очень мало таких, с которыми не сталкивались бы до меня другие правительства
и не разрешали бы их. Поэтому я взял за правило искать и находить тех, кто
уже имел дело со стоявшими перед нами проблемами, изучать, как они работали
над их решением и каких результатов добились. Касалось ли это строительства
нового аэропорта или изменений в наших методах обучения, я посылал заграницу
команду служащих, чтобы изучить опыт тех стран, которые добились в этом деле
успеха. Я предпочитал взбираться наверх, опираясь на плечи тех, кто шел
впереди нас.
Оглядываясь назад, можно сказать, что нам очень повезло в том, что
Сингапур не пострадал от некоторых наших рискованных действий и политических
шагов. Мы работали вместе с коммунистами в составе Объединенного фронта и
вполне могли быть смяты и уничтожены, как это случилось с социал-демократами
в Польше и Чехословакии во время Второй мировой войны. Мы исходили из
наивной веры в то, что логика «избирательной арифметики» постепенно сделает
малайское общество менее разделенным по национальному признаку. Время же
показало, что общие экономические интересы не позволяют полностью преодолеть
национальные предрассудки. Столкнувшись с экономическими трудностями, я
позволил построить нефтеперерабатывающий завод в Кеппеле, что создавало
угрозу пожара для нашего главного экономического достояния — торгового
порта. Беспорядки среди китайских учащихся средних школ в 50-ых годах
произвели на меня такое неизгладимое впечатление, что мы откладывали вопрос
придания английскому языку статуса официального языка с 1965 до 1978 года,
что ухудшило экономические перспективы многих китайских студентов.
Я научился игнорировать критику и советы, исходившие от экспертов и
квази-экспертов, в особенности от ученых в области социальных и политических
наук. Они располагают множеством обожаемых ими теорий о том, как должно
развиваться общество, чтобы приближаться к их идеалу, а в особенности, как
сделать так, чтобы бедность исчезла, а благосостояние — повысилось. Я всегда
старался быть правым по сути дела, не обращая внимания на политическую
корректность. Корреспонденты западных средств массовой информации в
Сингапуре проповедовали свои теории и критиковали мою политику, надеясь
оказать влияние на правительство и избирателей. Хорошо, что народ оказался
таким же прагматичным и реалистично мыслящим, как и правительство.
Я был бы другим человеком, если бы остался юристом и не ушел в
политику. Мой опыт работы был бы меньше, а кругозор — уже. В качестве
политика я вынужден был заниматься всей гаммой общественных проблем.
Китайская поговорка говорит: «Как ни мал воробей, но и у него есть все пять
органов чувств». Как ни мал Сингапур, его внутренние и внешние проблемы те
же, что и у любой большой страны. Выполняя свои обязанности, я столкнулся с
широкой гаммой проблем человеческого общества и приобрел такой взгляд на
мир, которого у меня не было бы, останься я юристом.
Я никогда не позволял себе забыть об уникальном положении Сингапура в
Юго-Восточной Азии. Чтобы выжить, мы должны были быть более организованными,
работать более эффективно, быть более конкурентоспособными, чем другие
страны региона, иначе была бы подорвана сама идея существования Сингапура в
качестве связующего звена между развитыми и развивающимися странами. После
того, как все проблемы были проанализированы и обговорены, я больше
полагался на свою интуицию, решая, что подходило, а что не подходило для
Сингапура. Я убедил наших людей свергнуть английских колонизаторов и
воссоединиться с Малайей. Затем мы оказались отторгнутыми от Малайзии. После
этого нашей задачей было сделать Сингапур преуспевающим и дать нашим людям
будущее.
Сплоченная и целеустремленная группа лидеров, поддержанная практичным и
трудолюбивым народом, который им доверял, сделала все это возможным. Ожидал
ли я, что независимый Сингапур, размер ВНП которого в 1965 году составлял 3
млрд. сингапурских долларов, к 1997 году увеличит объем ВНП в 15 раз — до 46
млрд. сингапурских долларов в ценах 1965 года и займет, по данным Мирового
банка, восьмое место в мире по размерам ВНП на душу населения? Мне часто
задавали этот вопрос, и я отвечал: «Нет». Как я мог предвидеть, что наука и
технологии, в особенности прорывы в сфере транспорта, телекоммуникаций и
производства сделают мир таким маленьким?
История прогресса Сингапура — это отражение прогресса индустриальных
стран, их изобретений, технологий, предприимчивости и энергии. Это часть
истории человечества, посвященная поиску новых путей увеличения
благосостояния и богатства. В 1819 году служащий «Ост-Индской компании»
(East India Company) Стамфорд Рафлс обнаружил остров, населенный 120
рыбаками, и превратил его в центр на морском пути из Индии в Китай. Став
коммерческим центром Британской империи в Юго-Восточной Азии в результате
развития международной торговли, Сингапур процветал. Замена парусников на
пароходы и открытие Суэцкого канала в 1869 году сделали судоходство более
оживленным, что ускорило развитие Сингапура.
Во время японской оккупации 1942-1945 годов, в результате военных
действий, судоходство значительно сократилось, город практически оказался
блокированным. Резко сократились объемы торговли, стал ощущаться недостаток
продовольствия и медикаментов, половина миллионного населения Сингапура
покинула город, отправившись в Малайю и на острова Риау. Многие из
оставшихся в городе жителей влачили полуголодное существование. После победы
союзников в августе 1945 года судоходство возобновилось, оно принесло с
собой продовольствие, медикаменты и другие предметы первой необходимости, и
рассеявшееся было население вернулось. Торговля и инвестиции восстановили
экономику.
Каждый новый прорыв в технологической сфере: появление контейнеров,
развитие пассажирских и грузовых авиаперевозок, спутниковой связи,
межконтинентальных оптико-волоконных линий связи, — двигал Сингапур вперед.
В течение следующих 50 лет технологическая революция вызовет огромные
изменения. Развитие информационной технологии, компьютеров, средств
коммуникаций и многочисленных способов их применения, революция в
микробиологии, генной инженерии, клонировании и воспроизводстве органов, -
изменят жизнь людей. Жители Сингапура должны будут проявить находчивость в
том, как воспринять и приспособить эти открытия, использовать их с пользой
для себя и других.
Общение с иностранцами многому научило сингапурцев. Мы посылали наших
самых способных учеников учиться заграницу, в развитые страны, сначала за
счет стипендий, выделяемых этими государствами, а потом за счет стипендий,
выделяемых правительством Сингапура. Мы также заметили те растущие
социальные трудности, которые развитые страны испытывали в результате своей
либеральной социальной политики и политики в сфере благосостояния. Я
извлекал выгоду из уроков, за которые платили другие. Я встретил много
способных иностранных лидеров, которые учили меня и дополняли мое видение
мира.
Собрать вместе команду людей, которые заменят меня и моих коллег, было
почти так же трудно, как и сдвинуть Сингапур с места после провозглашения
независимости. Второе поколение лидеров принесло с собой в правительство
свежий порыв энтузиазма и энергии. Их опыт и идеи более соответствуют
настроениям молодого поколения сингапурцев, они могут вести Сингапур в новое
тысячелетие. Я получаю огромное удовлетворение, наблюдая за тем, как они
становятся все увереннее в себе и ускоряют темп движения вперед.
Что готовит будущее Сингапуру? Из истории мы знаем, что
города-государства выживали плохо. Греческие города-государства больше не
существуют в качестве самостоятельных государств. Большинство из них не
исчезло физически, но было поглощено, стало частью больших государств.
Город-государство Афины исчезло, но город Афины выжил в составе Греции, и
Парфенон остается живым свидетельством достижений жителей древних Афин.
Другие города в больших странах были разрушены, их люди уничтожены или
рассеяны, но нации, частью которой они были, выжили, и новые люди вновь
населили и отстроили их. Исчезнет ли Сингапур как независимый город
-государство? Остров Сингапур не исчезнет, но суверенное государство,
которым он стал, оказавшееся способным идти своим собственным путем и играть
свою собственную роль в мире, может исчезнуть.
С момента основания современного Сингапура Стамфордом Рафлсом прошло
уже 180 лет, но на протяжении 146 лет, до 1965 года, город был всего лишь
форпостом Британской империи. Сингапур процветал, потому что он был
необходим и полезен остальному миру, являясь частью глобальной сети городов,
в которых преуспевающие компании развитых стран основывали свой бизнес.
Чтобы оставаться независимым государством, Сингапур нуждается в таком мире,
где существует баланс сил, позволяющий маленьким государствам выжить, а не
быть завоеванными и поглощенными большими странами.
Мир и стабильность в Азиатско-Тихоокеанском регионе зависят от
стабильных отношений между США, Японией и Китаем. Китай и Япония являются
конкурентами в сфере своих геополитических интересов. Японское вторжение и
оккупация Китая в годы Второй мировой войны до сих пор осложняют
взаимоотношения между ними. Японцы имеют больше общих интересов с
американцами. Равновесие между США и Японией, с одной стороны, и Китаем — с
другой стороны, будет определять структуру и контекст всей системы
взаимоотношений между странами Восточной Азии. Если общее равновесие сил
сохранится, то будущее региона является безоблачным, и Сингапур будет
оставаться полезным для мира.
Начиная свою политическую деятельность в 50-ых годах, я не знал, что мы
окажемся на стороне победителей в «холодной войне», что Сингапур будет
пожинать плоды социально-экономического прогресса, который явился
результатом стабильности, предприимчивости и связей с Западом. Нам пришлось
жить в период колоссальных политических, социальных и экономических
изменений. Наиболее трудным периодом были годы от провозглашения
независимости в 1965 году, до вывода английских войск в 1971 году. Только
тогда, когда основной контингент британских войск оставил Сингапур, и это не
привело к высокой безработице, я почувствовал, что мы стали менее уязвимы.
Будущее является столь же многообещающим, сколь и неопределенным.
Индустриальное общество уступает место обществу, основанному на знаниях,
новая линия раздела пройдет в мире между теми, кто обладает знаниями, и
теми, у кого их нет. Мы должны учиться и стать частью мира, основанного на
знаниях. То, что мы преуспевали на протяжении последних трех десятилетий, не
гарантирует, что так будет продолжаться и впредь. Тем не менее, наши шансы
не потерпеть неудачу будут лучше, если мы будем придерживаться тех основных
принципов, которые помогли нам преуспеть. Это — общественное согласие,
достигаемое путем справедливого распределения плодов прогресса. Это — равные
возможности для всех. Это — система продвижения по заслугам, при которой
лучшее место занимает наиболее достойный. Последнее особенно важно, когда
речь идет о людях, возглавляющих правительство.

Полная версия книги




Блог создан для освещения беззакония творящегося с людьми в России